Меню
12+

Кабанская районная газета «Байкальские огни»

10.12.2018 11:43 Понедельник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 48 от 22.11.2018 г.

ТУРОБОВ Анфиноген Иванович - «свидетель двух империй, из Посольска на север моря за лучшей долей ушедший»

Автор: Сергей ТУРОБОВ.

Рядовой Императорской гвардии Анфиноген ТУРОБОВ (бравый солдат в светлой гимнастёрке).

Спустя почти 125 лет потомок восстановил историю жизни своего далёкого родственника. 

Прямой потомок Анфиногена Сергей ТУРОБОВ, чьи корни, как он сам пишет, из Кабанского района.

Здравствуйте, дорогая редакция газеты «Байкальские огни»!

  Я, Туробов Сергей, родился в Северобайкальском районе. Проживаю в городе Улан-Удэ, но моё происхождение неразрывно связано с Кабанским районом, где жили мои предки по линии отца (в сёлах Посольское и Степной Дворец) и матери (в Быково и Байкало-Кударе).

  Я с 2000 по 2009 год проживал и работал в Кабанске. Поэтому Кабанский район и его жители мне очень знакомы и дороги, а также Кабанская земля очень дорога моей супруге Туробовой (Сурановой) Анне Сергеевне, у которой предки по отцу жили в селе Посольское, и где проживают до сих пор её родственники.

  Очень желаю, чтобы вы начали публиковать мои исследования о родословной моей семьи. Так как считаю, что ныне здравствующие родственники, живущие в Кабанском районе, должны знать о родовых истоках. Уверен, что и другие читатели вашей газеты будут рады узнать об исторических моментах развития Кабанского края и моих родственниках.

«...История предков всегда любопытна для того,

кто достоин иметь Отечество .»

(Николай Михайлович Карамзин, 1766-1826 г.г.)

  С огромной радостью хотелось бы поведать о моих добрых и незабвенных предках, которые родились, жили и развивались на просторах нашей благодатной республики, а также оставили ничем не скрываемый след в виде воспоминаний и благодарных потомков!

  Согласно метрическим документам, я, Туробов Сергей Викторович, 40 лет от роду, являюсь прямым правнуком Туробова Анфиногена Ивановича, 29 июля 1876 года рождения, ушедшего из жизни 3 ноября 1953 г.

  Стоит отметить, что мой прадед по историческому периоду является ровесником «отца народа» — И.В. Сталина (Джугашвилили, 1878-1953 г.г.), который, как и предок мой, посвятил свою отнюдь не праздную жизнь Родине и семье, пережил много событий, происходящих в стране (экономических и социально-демографических), очевидец изменения обыденного уклада и государственного строя (от царской монархической России до Советской республики).

  Несмотря на ограниченные сведения об этом человеке и его семье, я постарался с о брать информацию, которая сможет охарактеризовать сложности той эпохи, в которой предстояло жить и делать благо для себя, своей семьи и рода в целом Анфиногену Ивановичу Туробову.

  Итак, 29 июля 1876 года Туробов Анфиноген родился в семье Туробовой Фёклы Петровны, в селении Посольское Посольской волости Селенгинского округа Забайкальской области. Семья Туробовой Фёклы была многодетной. Судя по церковным книгам, она не состояла в официальном браке, но, будучи сильной и целеустремлённой женщиной, вырастила детей: Туробовых — старшего сына Анфиногена, Николая 1877 г.р., Артемия (Артамона) 1882 г.р., Алексея 1891 г.р., Матрону (Матрёну) 1892 г.р., Агнию 1900 г.р., имеющих отчество от имени Пётр.

  Судя по фотографии, Туробову Анфиногену Ивановичу довелось служить в регулярных частях царской императорской армии.

  В жизни Анфиногена со стоялся брак с Лычаговой Анной Николаевной, которая была на год старше его, ставшей по мужу Туробовой, также уроженкой с. Посольское. Она стала его единственной спутницей на всю их замечательную жизнь. С женой Анфиноген делил и радости, и горе. Добрые и уважительные отношения в семье Анфиногена, взаимная любовь делали лучше и богаче их нелёгкую жизнь. Анна Николаевна была дочерью крестьянина из Посольского селения — Лычагова Николая Кононовича.

  По происхождению род Туробовых имеет начало в Яренском районе Архангельской области. Примерно в середине 18-го века прародитель Туробов Мартемьян со своей семьёй прибыл в селение Посольское и остался жить на берегу Байкала, дав продолжение роду на территории Бурятии.

  Анфиноген и его семья были крещёнными православными. Уверен, именно наша вера и посещения Посольского Спасо-Преображенского монастыря, давали Анфиногену и его семейству большую духовную поддержку. Соблюдение канонов православия очень влияло на семейный уклад, воспитание детей, уважение старших членов семьи младшими, трудолюбие и стойкость в жизненных делах и невзгодах. В связи с этим происходило и укрепление родственных связей Анфиногена Туробова с другими родственниками рода Туробовых. Некоторые родственники Анфиногена (в период 18-19 веков) являлись служителями Посольского монастыря: Туробов Гаврила (прадедушка) и дети Гаврилы (Леонтий, Глеб, Андрей), что впоследствии было связано с закрепившимся за Анфиногеном и его потомками прозвищем «поповские», «попята».

  Согласно церковным записям на исповедь в храм вместе с моими родственниками приходили семейства из с. Посольское: Благодетелевы (Михаил Виссарионович с Параскевой Григорьевной и брат его Иван Виссарионович), Осетровы (Лев Стефанович и Дарья Ивановна, Ефрем Тихонович и Устинья Ивановна), Сурановы (Лука Кириллович и Иринина Петровна), Лихановы (Родион Васильевич и Евдокия Гавриловна), а также Сукнёвы, Урнышевы и другие жители села.

  Влияние церкви на жизнь Посольской волости было значимым, так как земли сельхозяйственного назначения являлись согласно царской грамоте вотчиной монастыря. Крестьяне Посольской волости не были крепостными, так как отсутствовали помещики (как в центральной России), назывались экономическими крестьянами, входившими в состав экономического общества (в пределах се ления). Но жители села, имея своё натуральное хозяйство, также обязаны были платить государству налог.

  Туробов Анфиноген со своими родственниками посещал и Степно-Дворецкую Иоанно-Предтеченскую церковь Забайкальской епархии, Селенгинского округа (в с. Степной Дворец). В прежние времена практиковалось ездить в новогодние праздники в гости к родственникам в другие селения и гостить 2-3 дня (так называемое «гостевание»), отмечать праздники и посещать церковь. Туробовы Посольского селения гостили у своих кровных родственников Туробовых в сёлах Заозёрное, Усть-Харауз и Степной Дворец.

  Туробовы были связаны родственными отношениями с жителями правобережной стороны Кабанского района (Байкало-Кударинского куста). Так, один из предков, Туробов Гаврила имел брак с Коркиной Марией Якимовной, жительницей села Шерашёво. Ещё до революции, расселяясь по Кабанскому району, Туробовы стали жить и на Байкало-Кударинской стороне.

  В книгах Степно-Дворецкой Иоанно-Предтеченской церкви было замечено посещение храма и посольскими жителями: Борисовыми, Буториными, Бельскими, Григорьевыми, Белоголовыми, Зайцевыми, Катугиными, Каргапольцевыми, Пестеревыми, Рыльскими, Сизых, Спириными, Фёдоровыми, Поповыми, Вороновыми, Ведерниковыми, Гаряшиными, Галактионовыми, Зориными, Кременскими, Кононовыми, Калмыниными, Кац, Качиными, Кыштымовыми, Кусовниковыми, Низовцевыми, Осетровыми, Сукнёвыми, Серебряченко, Урнышевыми и др.

  О трудовой деятельности Анфиногена я знаю со слов его внука Александра Станеева (проживающего в Северобайкальском районе).

  Так, Анфиноген Иванович, будучи рождённым в 19-м веке, безусловно, не обошёл такое новшество в жизни Кабанского района как Великий Сибирский железнодорожный путь – он же Транссиб. Напомню читателям газеты, что эта транспортная магистраль (1891 — 1916 г.г.) явилась положительным моментом и в развитии Российской империи, и её правопреемника – Советской России. Годы стройки участка Трансиба – Забайкальской железной дороги – 1895 -1900 г.г. Здесь прадед и работал в должности объезжика (по современному – путевым обходчиком). Вверенный участок был недалеко от села Посольское, скорее всего это был участок в районе Большой Речки.

  Сложные времена были тогда. Анфиноген проверял железнодорожные пути, объезжая на своём личном коне. С собой у него был инструмент – небольшая кувалда, которую он вешал с левой стороны седла. В указанный период железную дорогу строило много каторжников, которые были привезены с разных частей России для стройки железнодорожных путей (участники Польского восстания, уголовные преступники и др.). Из различных источников известно, эти рабочие из-за нужды совершали хищения имущества.

  Как рассказывал Анфиноген, указанные лихие люди похитили у него корову. Потом и коня увели. Впоследствии конь чудом вернулся к прадеду, на нём имелся оторванный повод. Каторжники вероятно хотели убить коня для пропитания, но этот резвый друг не дал себя в обиду и вернулся к прадедушке. Кражи скота да нехватка земли для ведения хозяйства, невозможность прокормить растущую семью стали причиной переезда моего славного прадеда за пределы села Посольское, в другой район.

  В императорской России существовали так называемые волостные правления (аналог современных сельских муниципальных образований). Учреждённые в 1797 г. правительственным постановлением "Об учреждении волостей и мест волостного и сельского управления", они являлись административными центрами на территории волости, органами сословно-крестьянского управления. Правления состояли из волостного старшины, сборщика податей, заседателей, писаря и выполняли административно-хозяйственные функции: сбор налогов, надзор за выполнением крестьянских повинностей, решение мелких вопросов землепользования, учёт населения, скота, посевов, урожая, сенокошения. А также полицейские функции: следили за "сохранением общественного порядка, спокойствия и благочиния в волости". Данные правления ликвидированы постановлением Совета народных комиссаров Советской республики от 30 декабря 1917 г. "Об органах местного самоуправления".

  Вместе с тем, при императорской власти Посольская волость Селенгинского уезда (округа) делилась на сельские общества: Посольское, Колесовское, Твороговское, Шигаевское, Степно-Дворецкое, Большереченское, Рупышевское.

  Территория субъекта России, на которой находилось село Посольское, регулярно меняла своё название. Так, в начале оно находилось на территории Селенгинского уезда и дистрикта (с начала 1700-х г.г.), потом Удинской провинции (с 1775 г.), затем Верхнеудинского уезда (с 1783 г.), Верхнеудинского округа (с 1822 г.), относящихся к Иркутской провинции (с 1708 г.), Иркутской губернии (с 1764 г.), ну и наконец – Забайкальской области (с 1851 г. до прихода Советской власти). Впоследствии село Посольское стало относиться территориально к Кабанскому району (с 1937 г.).

  Как говорит семейное предание, в 1912 г. Туробов Анфиноген решил уехать из села Посольское на север Байкала. Дорога лежала в Верхнеангарскую волость (нынешний Северобайкальский район Республики Бурятия). Собрав свою семью: жену Туробову Анну Николаевну и дочь Фёклу Анфиногеновну 1902 г.р. (впоследствии в браке Станееву), по зимней ледовой дороге по озеру Байкал семейство Туробова Анфиногена мигрировало на север.

  Прибыв в селение Устье Верхне-Ангарской волости (вверх по течению реки Верхняя Ангара, недалеко от современного села Верхняя Заимка), Анфиноген стал обживаться на новом месте с семьёй где-то в районе ныне несуществующего села Типуки. В этом месте мой прадедушка вместе с неизвестным родственником решил построить для своей семьи дом на две семьи. Но из-за угрозы подтопления рекой от замысла стройки пришлось отказаться, так как весенним паводком затопило участок нового места жительства.

  После этого, познакомившись с зажиточным жителем по фамилии Темников, Анфиноген с семьёй (женой Анной и дочерью Фёклой) переехали в селение Тыя (эвенкийское название, означает «узкое место»). Место Тыя расположено южнее современного города Северобайкальск (в 5 км от него). В этом селе и проживал его новый знакомый Темников со своей семьёй. Там прадедушка стал разрабатывать земли под пашни, расчищал лес, выкорчёвывал корни деревьев и сеял зерновые культуры (рожь, пшеница, ярица), а также держал сенокосные угодья , которые местные жители называли «Туробовскими стёпушками». На сенокосе у прадеда была построена юрточка – временная четырёхугольная конструкция из жердей (конусообразной формой, 3 метра в ширину и 2 метра в высоту), покрытая по бокам древесной корой, в качестве укрытия во время ненастья. Покосы, отмечу, были в болотистом месте («калтусе»), а «стёпушки» прадед называл на местном диалекте «индилами». Траву косил Анфиноген вручную, доставка сена в условиях болотистой местности была также затруднительной. Всего сенокосные угодья для жителей села Тыя располагались на площади 47 гектаров.

  У Анфиногена по рассказам родственника было 2-3 коровы (а также несколько быков), пара коней. Тогда таких собственников называли единоличниками. Являясь единоличником, Анфиноген выращивая хлеб, молотил зерно вручную, используя мельницу, которую сделали местные жители, такие же переселенцы, как и мои дорогие предки.

  Прадед во время трагичной для Российской империи даты 7 ноября 1917 г. проживал и прочно закрепился как собственник в селе Тыя. Гражданская война не обошла и моих прекрасных предков, несмотря на то, что они ушли из Посольского селения в тихое и далёкое от цивилизации село Тыя, расположенное на севере озера-моря Байкал. Братоубийственная война – это такое страшное явление, трагичное прежде всего тем, что втягивает в себя жителей одной страны, пусть и разных социальных взглядов и групп, а особенно – разделяет родных по крови людей.

  Как свидетельствует книга «Любимый северный край» автора Н.К. Киселёвой, под вечер 8 декабря 1921 года в село Тыя прибыл отряд белогвардейцев – отряд штабс-капитана Дуганова.

  После разгрома частей генерала Каппеля войсками 5-й Красной Армии и партизанским отрядом Каландаришвили, часть офицерского состава разбежалась и сумела укрыться. Из них-то и организовалась довольно значительная группировка – банда Дуганова. Старожилы Северобайкальского района помнят это страшное для памяти людей название, а также злодеев этой банды – «дугановцев».

  Пробиваясь на восток, за Байкал, к атаману Семёнову в Забайкальскую область и на Дальний Восток к японцам, «дугановцы» двигались вверх по реке Лена, через Киренск, к северному берегу Байкала. По пути жестоко расправлялись с местными коммунистами, подвергая их физическому уничтожению. Это была крайняя форма борьбы войск прежней императорской армии, так называемый «белый террор». Этот террор был связан со стремлением восстановить и сохранить прежний строй России, но история была непреклонна, так как на смену монархии шёл новый строй – социализм. Никто из представителей царской России и большевиков не хотел упускать власть. Появился и «красный террор» в ответ на репрессивные действия белой гвардии.

  Это и увидел Анфиноген Иванович 8 декабря 1921 года. Ещё до заката к дому Туробова подъехал человек на коне, у которого на шапке была красная лента, а также красная повязка на рукаве белого полушубка. Через окно в доме незнакомец спросил у прадедушки, где живут Лобановы. Анфиноген показал на дом по соседству. Хозяин дома – Владимир Никифорович Лобанов – был активистом коммунистической ячейки в селе Тыя. После чего прибывшие «дугановцы», надев для конспирации повязки Красной Армии и получив информацию о членах революционного комитета (коммунистах) села Тыя и других ближних населённых пунктов, двинулись в село Чичевки – центр Верхне-Ангарской волости (ныне Нижнеангарск), где арестовали пришедших на собрание коммунистов.

  В течение трёх суток в селе Тыя «дугановцы» лишили жизни – тех, кто принял коммунистические взгляды, и членов их семей, в том числе и беспартийных: Большещапова П.Ф., Лобанова В.Я., его жену Лобанову И.В., Ивашева И.Ф., его жену Ивашеву Е.И., Баранчука, Атаманова М.М., Конева С.Е., Рубцова И.И., Рубцова Л.И., Хамчуга А.П., его жену Хамчуг А.В.). Преступая закон и главную заповедь православия, «дугановцы» не использовали огнестрельного оружия, берегли патроны, используя подручное холодное оружие и другие зверства.

  Обошлось без человеческих жертв в семьях односельчан моего прадеда: Темникова, Станеева, Лиханова, Барболиса и Помигалова.

  В конце июня 2017 г. мне довелось с со своего супругой Анной побывать в месте погребения моих Туробовых Анфиногена Ивановича и Анны Николаевны. Там же недалеко находится и братская могила девяти погибших от «дугановцев» жителей села Тыя. В этом месте на берегу озера Байкал стоит металлический памятник – столб с мемориальной доской, как дань памяти борцам за идеи коммунизма. Я понимаю так, что в этом случае обычные сельские жители оказались жертвами обмана и произвола белых бандитов, не щадивших соотечественников, которые, возможно, и не смогли и выстрелить в них.

  При этом белогвардейцы ограбили моего прадедушку, забрав у него значительное количество зерна из амбара, рассыпав в спешке зерно по двору усадьбы. Но Анфиноген оказался сообразительным и сумел быстро спрятать большую часть своих запасов. За амбаром стояла копна сена, туда он поместил мешки с добром. Позже этот запас, отвоёванный прадедом хитростью у белых, позволил посеять новый урожай хлеба, дал возможность прокормить семью.

  …После гражданской войны пришло время советской коллективизации. Моего прадеда заставили вступить в колхоз «Труд», располагавшийся в селе Тыя (там находилось правление колхоза). При колхозе была и рыболовецкая артель, которая была и до прихода советской власти. В колхоз пришлось Анфиногену вступать, внеся в основные средства предприятия своё личное имущество (коров, коней, телеги, сеялки, борону, соху, невод и др.).

  Для личного пользования новая власть оставила только одну корову и телёнка. Вступая в колхоз, хозяин семьи обязан был войти туда со всем своим семейством. Такие уж были нравы и порядки той новой власти. Не вошедших в колхоз государство «одаривало» встречным налогом, ставя в тяжёлые условия жизни.

  В те времена рыба была хорошим продуктом питания, в изобилии водившимся в месте проживания Анфиногена. Прадед входил в артель рыбаков колхоза в должности руководителя («погонялы»), строго спрашивая с нетрудолюбивых работников. Общий невод («столб») состоял из 18 небольших неводов, которые перед рыбалкой сшивались в один.

  После окончания рыбацкого сезона общий невод расшивался и отдельные части (невод каждого рыбака) чинились, смолились и сохранялись до следующей рыбалки. Мне по наследству достался поплавок от сети («цевка»), из берёзовой коры, на нём есть вырезанное обозначение «ТФ» (Туробов Финоген). В море выходили на деревянных лодках («подъездочках»), в которых помещалось до 5 человек рыбаков.

  После рыбалки рыба солилась в баках из дерева (из сосновых досок) вместимостью до 1,5 центнера. После чего рыба сдавалась государству. После установления Советской власти было создано в Северобайкальском районе предприятие «Гослов», принимавшее рыбу у мелких предприятий.

  Анна Николаевна, моя прабабушка, трудилась рядом с Анфиногеном, пекла хлеб в домашних условиях. После чего готовый хлеб сдавался в магазин в селе Тыя, именуемый «Рыбкооп». Изучая старые документы моих предков, в профсоюзном билете я увидел, что профессию моей прабабушки местные «грамотеи» написали как «пикарка». О грамотности должностных лиц того времени лучше умолчать. Так же как была изменена девичья фамилия Анны Николаевны с «Лычаговой» на «Лучагову», представители рода которой до сих пор живут в селе Посольское, но не по фамилии с правильным её написанием «Лычагов».

  …Время, конечно, ставит финальные точки в жизни людей. 3 ноября 1953 года, в год ухода из жизни Сталина, оставил бренную землю дорогой Анфиноген, а ещё раньше ушла и Анна Николаевна (13 июля 1952 года). Но уход из нашего физического мира моих родственников – это продолжение их жизни в памяти, документах, передачи из уст в уста информации о прекрасных людях, родоначальниках нашей северобайкальской ветки кабанского рода Туробовых.

  Эти прекрасные и поистине удивительно стойкие люди оставили после себя нестираемый след – это дети, внуки, правнуки и праправнуки, которые очень гордятся нашими добрыми Анфиногеном и Анной, теми, кто жил в северном краю. Глядя на их фото, осознаёшь, что главное предназначение человека – создавать жизнь и преумножать блага для своего рода. А фамилия Туробов, как и другие фамилии, участвовавшие в происхождении моей личности, – это образец стойкости, разума и любви к семье своей.

  Туробовы Анфиноген и Анна дали жизнь своим детям:

  — Станеевой Фёкле Анфиногеновне 1902-1989 г.г.;

  — Зеленовской Евгении Анфиногеновне 1912-1965 г.г.;

  — Туробову Пантейлемону Анфиногеновичу, 1915 г. — ?;

  — Туробовой Аграфене Анфиногеновне, 1919-2001 г.г.;

  — Туробову Ивану Анфиногеновичу, 1924-1977 г.г.

  Я в свою очередь отношусь уже к ветке его младшего сына Ивана, который позволил родиться моему отцу Виктору. Место моего рождения – село Байкальское Северобайкальского района, которое является моей родиной, расположенное всего в 20 километрах от села Тыя. Добрая память моим дорогим Анфиногену и Анне, уроженцам села Посольское, отдавшим лучшие годы своей жизни ради прошедшей через перелом российской истории, созданию большой мощной семьи! Ровесники эпохи Сталина, Анфиноген и Анна – люди одной российской цивилизации и великой истории отечества! Великими людьми становятся те, кто живёт ради цели, ради других людей в масштабах семьи, рода и государства.

  В истории страны нет лишних моментов и людей, потому что история – это наше достояние.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

101