Меню
12+

Кабанская районная газета «Байкальские огни»

Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 50 от 15.12.2021 г.

"Существенные противоречия"

Автор: Алёна Дмитриева

Гособвинитель Игорь Акулов на процессе

усмотрели в показаниях потерпевшей Пономарёвой и защита, и обвинение

Продолжается судебное следствие по делу об убийстве 19-летней давности.

Вместе с потерпевшей Екатериной Пономарёвой в суде появился третий представитель – Надежда Низовкина. Но участие правозащитницы закончилось быстро: после нескольких замечаний Низовкину вывели из зала.

Далее ходатайство заявил гособвинитель Игорь Акулов. Он напомнил, как в прошлом заседании адвокат Дмитрия Истомина Евгений Вишневский допустил оценку доказательств и попросил довести до присяжных, что не нужно обращать на это внимание, а также призвать их «не поддаваться воздействию СМИ». Кроме того, в прошлый раз при оглашении материалов дела сторона обвинения упустила заключение экспертизы по факту смерти Екатерины Патеюк.

Когда в зал вошли присяжные заседатели, судья Оюна Баймеева спросила:

- Оказывалось ли на вас какое-либо давление? Знакомился ли кто-то из присяжных с информацией по данному уголовному делу из средств массовой информации?

- Вся коллегия находится в зале суда. Давление не оказывалось. Прессу касаемо этого дела не читали, интернет не смотрели, — ответил старшина.

Гособвинитель Анастасия Сергеева озвучила упущенное заключение экспертизы от 9 ноября 2020 года, согласно которой «установлена наиболее вероятная причина смерти Патеюк Екатерины. Это травматический отёк головного мозга вследствие его повреждения обломками костей черепа».

Далее суд приступил к допросу Екатерины Пономарёвой. Из её ответов следовало, что последний раз она видела Екатерину Патеюк и Евгению Шекунову поздно вечером 9 августа 2002 года. Девушки стояли у здания мировых судей в Селенгинске (рядом с отделением милиции), когда к ним подъехал гражданский УАЗик, за рулём которого сидел Истомин. Из машины вышел Инкин, пообещав, что приедет на «их место». Кто ещё был в машине – Пономарёва не видела. Девушки сели и уехали, её звали с собой, но она не поехала. 10 августа ближе к вечеру к Пономарёвой приехал Николай Кузьмин, опер Селенгинского отделения милиции, которого она назвала «лучшим другом». От него Пономарёва и знает об обстоятельствах убийства девушек. По её словам, Кузьмин был в той компании и видел, как поссорились Патеюк и Истомин: Катя в шутку сказала, что болеет СПИДом, у него пьяного «что-то перемкнуло и он убил сперва Патеюк, потом догнали Женю и тоже убили…»

На этих словах Екатерине стало плохо. Судья объявила перерыв, вызвали скорую... Минут через 40 судебное заседание продолжилось.

Екатерина, отвечая на вопросы гособвинителя, рассказала, что Истомин ударил несколько раз Катю Патеюк топором. Женя Шекунова, увидев это, испугалась и побежала, крикнув, что напишет заявление на них. Её догнал Инкин и привёл обратно. А что было дальше – Пономарёвой неизвестно. Как и то, что кто именно убил Женю...

- Ещё раз повторите: вы всё-таки очевидцем этих событий являлись или вам со слов Кузьмина это известно? – спросил гособвинитель.

- Со слов Кузьмина, — ответила Екатерина.

- То есть там был Кузьмин, да? Были Инкин, Истомин, Патеюк и Шекунова? Ещё кто-то там был?

- Ну, ещё кто-то был. Знаю, что был бурят. Кузьмин сказал об этом.

- Или вы сами видели его?

- Нет, я его на тот момент не видела.

- А на какой момент видели?

- Когда меня топили, тогда и видела.

- Вы как отождествили-то, что именно этот человек был во время убийства Патеюк и Шекуновой?

- Я просто говорю, как мне Кузьмин сказал, что там был бурят. Меня топили – тогда тоже был бурят…

Допрос продолжился вопросами о событиях вечера 8 октября 2002 года, когда, как утверждает Пономарёва, к ней домой пришёл Инкин, застегнул ей наручники и силой вывез на милицейском УАЗике на речку Поперечную. За рулём сидел подсудимый Александр Попов, в машине находился «бурят». Ехали по Комсомольской мимо музыкальной школы, далее через мост по Лесной, где есть съезд между домами к речке. Инкин и «бурят» повели Пономарёву к реке, и она «поняла, что с ней могут сделать».

- Что вы понимали? – спросил гособвинитель.

- Ну, просто утопят, да и всё.

- Зачем?

- Чтобы лишнего не говорила.

- Относительно чего?

- Относительно убийства.

- Вы же говорите, вам ничего известно-то не было.

- Они не знали об этом.

- А зачем они тогда к вам приехали, если об этом не знали?

- Просто на тот момент уже были мои показания, то, что мне Кузьмин писал, всё уже было в деле.

- Понятно. Скажите, а вот в тех показаниях про Инкина речь шла? Или про Попова? Или про третьего мужчину, которого вы, собственно говоря, даже не знаете?

- В 2002 году Инкин работал в отделении милиции. Конечно, им там всё известно.

- Вы про Инкина что-то говорили уже на тот момент сотрудникам по факту убийства?

- Нет, не говорила, потому что он был действующий сотрудник, я же говорю об этом. Я его боялась…

Далее она сообщила, что Инкин и «бурят» топили её, окуная голову в воду четыре-шесть раз, требуя «заткнуться», после отвлеклись на «покурить». В это время из машины вышел Попов, расстегнул один наручник, сказал: «Беги!» и она убежала «по лесу, в сторону Вилюйки по окраине Селенгинска», остановившись «за Вилюйкой, где недостроенный санаторий на горе стоит». Там же, по словам Пономарёвой, она встретила Кузьмина на красных жигулях (в тот день эта фамилия упоминалась ничуть не реже, чем Истомин, Инкин и Попов – авт.). Он и расстегнул ей второй наручник, забрал их с собой…

После перерыва сторона обвинения заявила ходатайство:

- В связи с противоречиями в показаниях потерпевшей относительно обстоятельств произошедшего, источника осведомлённости прошу огласить её показания, данные в ходе предварительного расследования.

Гособвинители представили присяжным показания Пономарёвой, имеющиеся в уголовном деле. Начали с 27 августа 2002 года, когда она поясняет, что встретила девушек вечером 9 августа и больше их не видела. 4 сентября она заявила следователям, что об обстоятельствах той ночи знает от «высокого молодого парня», который всё рассказал ей об убийстве: Истомин и «кто-то» поехали гулять с девчонками, Дима поссорился с Катей, жестоко избил её, а потом с напарником – и Женю...

В тот же день, 4 сентября, Пономарёва говорит следователям о том, что была сама в этой компании, а с ними – Дима Истомин и «пожарный Слава». Истомин поругался с Катей Патеюк из-за того, что Катя сказала Истомину, что «у него есть жена», избил её бутылкой из-под водки по голове, а затем – и Женю. Когда девушки были убиты, Дима и Слава выкопали яму, уложили тела, облили бензином и подожгли, а потом закидали это место ветками. Всё это Пономарёва видела, сидя на дереве – она отошла «в туалет» в самом начале ссоры. Как только они уехали, Екатерина слезла с дерева и, долго блуждая, вышла на трассу.

28 июня 2003 года Пономарёва сказала, что «всё придумала, хотела помочь следствию».

29 ноября 2019 года Пономарёва заявила следователям, что сама была в этой компании. Был с ними и Евгений Инкин – вместо «пожарного Славы», и мужчина-бурят. Фамилии она поменяла якобы по совету Кузьмина. 13 декабря 2019 года она снова говорит про Истомина и Инкина, меняя лишь некоторые детали. По версии, изложенной следователям 23 марта 2020 года, её снова там не было, зато были Кузьмин, Истомин, Инкин и бурят… 28 мая 2020 года Пономарёва заявляет, что её в ту ночь с девушками не было, как и, видимо, Инкина – он только пообещал приехать...

После всех озвученных документов гособвинитель Игорь Акулов задал вопрос Пономарёвой:

- Ни один раз вас допрашивали… У меня складывается впечатление, что вы там были. Вы были на месте совершения преступления?

- Нет, не была, — ответила Екатерина и ещё раз отметила, что детали и обстоятельства той ночи знает от Кузьмина.

Заседание 14 декабря началось с неприятного момента. Суд отстранил от дела одного из присяжных. Как выяснилось, ему поступил телефонный звонок – кто-то интересовался ходом судебного разбирательства. Он сообщил об этом помощнику судьи, но умолчал этот факт в ходе судебного заседания. Его место занял запасной, следующий в списке присяжных.

Далее сторона защиты огласила ещё один протокол допроса Пономарёвой – от 7 августа 2020 года, где она в числе участников страшных событий той ночи называет ещё одного человека. В суде присяжных нельзя было называть его имя, так как рассматриваются только факты в отношении подсудимых. Но адвокат Вишневский, случайно или намеренно, зачитывая показания Пономарёвой, назвал его фамилию – Казадаев. И в тот день она звучала в суде не один раз…

Заседание продолжится 16 декабря.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.