Меню
12+

Кабанская районная газета «Байкальские огни»

09.07.2020 10:45 Четверг
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 28 от 09.07.2020 г.

Чета Суворовых из Посольского отпраздновали 65-летие совместной жизни

Автор: Елена ШУШУЕВА.

Через года сумели пронести Суворовы любовь и верность...

Что такое любовь, понимаешь, когда смотришь на Ивана Андреевича и Елену Васильевну Суворовых.

БЫЛ, ЕСТЬ И БУДУ РЫБАКОМ!

Что такое любовь, понимаешь, когда смотришь на Ивана Андреевича и Елену Васильевну Суворовых. В нынешнем июне обоим супругам исполнилось по 91 году. В феврале они отметили 65-летие совместной жизни – железную свадьбу.

Лёгкой их жизнь никак не назовёшь, а вот интересной – запросто! Зовут они друг друга просто и нежно: Ваня и Лена. Бережные и тёплые отношения супруги пронесли через всю жизнь.

Ваня рос в семье старшим. Жили Суворовы в Степном Дворце. Отец его, Андрей Васильевич, как только началась война, ушёл на фронт. Дома осталась мама Анна Игнатьевна с тремя детьми. Ване шёл тринадцатый год, когда на Кабанском рыбозаводе стали набирать бригаду юных рыбаков. Взрослые ушли на фронт, а работа осталась.

Требовалось разрешение родителей. Ванин товарищ уже записался в бригаду. И Ваня побежал домой к матери. Та не отпустила, волнуясь за сына. Ваня вышел в сени, постоял немного. И снова вернулся: «Мам, ты не отпустишь – сам убегу. Там хлеб будут давать, крупу. Мы с голоду не пропадём». Анна Игнатьевна видела, что в глазах у сына блестели слёзы, но говорил он, как взрослый. Она вздохнула. Ваня понял – отпустит и заторопил: «Пойдём, мама! А то опоздаем, не примут».

В бригаде юных рыбаков было двенадцать мальчишек. Сезон они завершили успешно, заняли первое место по рыбзаводу. Бригадиром у них был однофамилец и земляк Вани – Иван Иванович Суворов. Когда он на берегу чинил сети, часто просил Ваню помочь. Тот внимательно смотрел, учился. Скоро и у самого стало получаться.

Каждую неделю в бригаде давали паёк, и Ваня из Посольского берегом спешил к матери в Степной Дворец. Бежал, прижимая к себе булку хлеба, мешочек с крупой и несколькими кусочками сахара. Очень хотелось попробовать сахар, и он грыз один кусочек. Хлеб откусить не смел. Нёс маме и младшим – Гавриилу и Тоне. Добежит, отдаст и бегом в бригаду…

Путина кончилась, и Ваню позвали в сетевязальный цех. Школу пришлось оставить, хотя учился он хорошо. Весной его уже взяли в ученики на ставной невод. А дальше про него можно сказать словами, которые на один из юбилеев Ивану Андреевичу написала племянница:

И случилось что-то там со мною,

Прикипел к Байкалу я душою,

К красоте его неброской и невзрачной,

И к воде – глубокой да прозрачной...

У Ивана Андреевича одна запись в трудовой книжке: «Принят в качестве рыбака в Кабанский госрыбзавод». И если подсчитать весь его трудовой стаж, то выйдет больше полувека. Выйдя на пенсию уже в преклонном возрасте, ещё долго «ходил, подсоблял» своим товарищам-рыбакам.

РЫБАЧКА ИЗ ПОСОЛЬСКОГО

И Елена Васильевна тоже рыбачила. Сама она из Посольского. В молодости её с подругой взяли в бригаду. Раз на море разыгрался шторм. Дул сильный ветер. Мамы девушек забеспокоились, вышли на берег и увидели, что лодку швыряет на волнах. Начали кричать, потом голос пропал от крика… Им оставалось только молиться и бежать за лодкой. Байкал выбросил судёнышко на берег. Лена была чуть жива, её подруга тоже. Потом девушки рассказывали, что почти попрощались с жизнью, глядя на бурлящую чёрную воду за бортом...

Иван впервые увидел Лену, когда она сидела в комиссии на выборах. Заприметил скромную девушку. Всё было некогда с рыбалкой, но выбрал время – пошёл свататься. Сватами попросил быть директора завода и своего бригадира. Пошли к Лениной матери. Та не отказала. Спросили у Лены, и она была согласна. Видно, тоже успела заметить весёлого рыбака. А мама Лены потом говорила, что запомнила Ивана: они с женщинами приходили на берег, когда рыбаки приставали туда с уловом. Молодых рыбаков было двое. Первый чуть не гнал женщин: «Оголодали что ли вы!?» А Иван всегда делился рыбой, да ещё прибавлял: «Кушайте на здоровье».

Так и зажила молодая рыбацкая семья: небогато да дружно. Дети народились: три дочери, сын.

Лена каждый раз, провожая мужа в море, в карман рубашки клала ему на листочке написанную молитву. Господь сохранял. Возвращался домой благополучно, с уловом.

Дочка Суворовых Любовь Ивановна сейчас живёт с родителями, ухаживая за ними. Она говорит, что в доме всегда папа был главой, а мама хранительницей домашнего очага. В Посольском самым чистоплотным хозяевам на дома присваивались таблички: «Дом образцового содержания». У Суворовых эта табличка висела постоянно. «И когда мама всё успевала? — удивляется дочь. — Работала санитаркой в фельдшерском пункте. Мы всегда держали хозяйство. У папы постоянно дома гости. И наготовлено, и чистота идеальная».

Одна из дочерей Суворовых много лет живёт в Киеве. После аварии на Чернобыльской АЭС тамошних ребятишек старались вывезти для отдыха в другие места. Дочка позвонила в Посольское родителям и спросила, можно ли ей привезти на лето шестилетнюю девочку. Елена Васильевна разрешила. Сначала девочка дичилась. Никуда не хотела идти. Была она очень худенькой. Пожила чуть-чуть, освоилась. А в конце лета у неё округлились щёки, аппетит стал очень хорошим. Спала она строго только с бабой Леной, играла с дедой Ваней. И домой на Украину поехала с явной неохотой...

Внучка наших героев Алёна говорит о фирменных пирогах Елены Васильевны. Все домашние любят её пирог с омулем: «Пирог закрытый, с квашеной капустой. Алёна сейчас такой готовит дома, вынимая из рыбы все косточки. Но у бабушки всё равно вкуснее получался. Внуки приезжают, просят испечь».

Елена Васильевна всю жизнь играла на балалайке и знала множество частушек. И сейчас бы сыграла, только внуки расстроили инструмент.

РЫБАЦКИЙ СЛОВАРЬ

Иван Андреевич – человек творческий, прекрасный рассказчик. В плоской большой коробке у него есть чертежи рыбацких ловушек. На двойном листке в клеточку нарисована сложная конструкция. Он рассказывает, как туда попадает рыба, какие части, как именуются. И почему, попав в ловушку, обратно рыба выйти уже не может.

Речь у старого рыбака образная. Но слов много непонятных, рыбацких: мот, дель, гундера, расшились. Впору составлять рыбацкий словарь. «Расшились», например, значит, что рыбацкая бригада окончила сезон и собирается домой, вывозя орудия лова. «Гундера» – длинный столб, на котором закрепляется сеть.

Для себя Суворов вёл тетрадь, где записывал, сколько рыбы в каком месте добыли. Потом сравнивал и прикидывал, когда туда снова можно прийти, чтобы ловилось. Говорит, что до точности изучил на Байкале восемь мест от Хомутея до Култушной. Большереченский омуль называет «речешным», он любит холодную воду, горную реку. А селенгинский – тёплую. Дует Култук – рыба к берегу подходит. Баргузин задует – уходит в море.

Многие годы Суворов был проходным бригадиром. Это значит, что он рыбачил всеми способами. Летом на ставном неводе, потом на водопольном лове, когда ещё не встал лёд, и вода не замёрзла, потом на зимней рыбалке.

Во время запрета Иван Андреевич рыбачил с научниками. Из Улан-Удэ приезжали учёные. Рыбы для них добывали совсем немного. Один ящик шёл на прокорм рыбаков, а второй – для научных целей. Чаще всего с Суворовым ездила Надежда Васильевна. Фамилию он забыл. Она измеряла рыбу, препарировала, смотрела её сердце.

Научники спорили между собой о питании нерпы. И из Улан-Удэ рыбакам прислали телефонограмму, где просили выловить нерпу и посмотреть содержание её желудка. Оказалось, что там несколько омулей. Свежесъеденные и уже частично переваренные.

НЕ НУЖЕН ИМ БЕРЕГ МОНГОЛЬСКИЙ

- Папа, про ослов расскажи, — просит отца Любовь Ивановна.

Как-то Ивана Андреевича отправили в дружественную Монголию для обучения тамошних рыбаков секретам рыбацкого искусства. Поездкой он остался доволен.

В Монголии его провезли по многим местам. Рыбы там было много. Показал монгольским рыбакам всё, что умеет.

Зимой для того, чтобы вытаскивать невод, нужны были кони. Были даже подковы, чтобы их подковать. Когда Иван Андреевич попросил привезти коней, ему назавтра привезли… ослов.

- Я их и не видел никогда, — смеётся Иван Андреевич. – И как их подкуёшь, подковы большие, на лошадь. Сами вместо лошадей невод тянули.

В Монголии Суворов познакомился с их министром сельского хозяйства. Поехав обратно, сказал ему: «Будете в наших краях – заезжайте».

И каково же было его удивление, когда через некоторое время министр действительно приехал. Встречал его на станции. В Посольское прибыл легендарный А.И. Хмелёв – первый секретарь Кабанского райкома, на рыбозаводе был приём. Министр ведь!

Несколько дней он жил у Суворовых и уговаривал Ивана Андреевича приехать в Монголию ещё раз – года на два или даже на пять лет. Видимо, почувствовал, что с таким добрым рыбаком в его стране можно поднять рыбную промышленность.

Иван Андреевич отказался. Так, несолоно хлебавши, министр вернулся домой.

После поездки в Монголию Ивана Андреевича Суворова наградили орденом Дружбы Народов, ещё он кавалер ордена Трудового Красного Знамени.

- До сих пор к папе рыбаки за советом приходят, — говорит Любовь Ивановна. – Спрашивают про рыбалку, советуются. Приносят сети, если запутают. Думают, что недели две будет разбирать. А он про все болезни забудет, во дворе их растянет и часа за два всё сделает.

Рыбак!

В трудовой у Ивана Андреевича только одна запись. Рядом «игла» - инструмент для починки сетей.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

152