Меню
12+

Кабанская районная газета «Байкальские огни»

01.02.2019 08:58 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 4 от 24.01.2019 г.

В Кабанском районе у 3-летнего Егорки лопнул аппендицит

Автор: Екатерина ВОКИНА.

Егорка уже дома. Казаковы надеются, что всё страшное позади...

А врачи лечили его от норовирусной (кишечной) инфекции.

  Вячеслав Казаков пришёл к нам в редакцию накануне Нового года очень расстроенным. Когда он рассказывал о несчастье, постигшем его семью, чувствовалось, что с трудом преодолевает стоящий в горле ком…

  Беды не предвещало ничто. Его 3-летний сын Егорка рос, как многие дети: ходил в один из детских садов в Селенгинске, иногда болел ОРВИ. И не более того. А перед свалившейся на семью тяжёлой ситуацией вообще был практически здоров.

  В ночь с 15-го на 16-е декабря (это была суббота) у мальчика заболел живот. Зная, что в выходные дни в больнице с врачами туго, терпели, сколько могли. Но ближе к обеду боли у ребёнка усилились, пришлось вызвать такси и везти мальчика в приёмный покой. Поскольку в Селенгинской больнице на тот момент не было дежурного педиатра, Егора с мамой Татьяной отправили в Кабанскую ЦРБ на автомобиле «скорой помощи», который они ожидали почти два часа, когда каждая минута должна была быть на счету...

  Этих долгих ожиданий, которые едва не привели к непоправимому, далее у них было ещё много. В Кабанске пришлось ждать практически весь день, когда придёт педиатр и осмотрит малыша. Педиатр вызвала хирурга, которая после осмотра мальчика сказала, что хирургическое вмешательство не требуется. Татьяна уже тогда подозревала: не аппендицит ли у её сына.

  Доктора дружно отметали эти подозрения. А педиатр даже хотела выписать лекарства и отправить их домой. Но чуткое материнское сердце подсказало: нельзя им домой! Температура не снижается, живот болит. Вдруг у мальчика всё-таки что-то серьёзное? Чем они с отцом смогут помочь ему? Однозначно ребёнку нужно было наблюдение врачей.

  По настойчивой просьбе матери, после сообщения о том, что мальчика несколько раз рвало ночью, их направили в инфекционное отделение Селенгинской больницы. Там им сразу стали ставить уколы антибиотиков, давать «Смекту». В воскресенье их осмотрела, видимо, дежурный доктор, которая поставила диагноз «гнойная ангина». Но мама, научившаяся за три года распознавать эту коварную болячку, диагноз «отмела».

  В понедельник врач-инфекционист диагностировала ротовирусную инфекцию. Очевидно, из-за непрекращающейся рвоты. В туалет мальчик не ходил, так что для анализов пришлось ставить ребёнку клизму. Эти анализы показали присутствие норовирусной (кишечной) инфекции. Началось соответствующее диагнозу лечение. Но лучше не становилось. Тогда их направили на УЗИ. Оно показало, что в детском кишечнике воспалились лимфоузлы. В итоге малышу назначили второй антибиотик, по два раза в день ставили капельницу.

  А ребёнок таял на глазах. По ночам температура доходила до 39,5. Он плакал о боли, корчась и извиваясь. Потом перестал ходить, только лежал. Его невозможно было разогнуть – так боль скрючила маленькое тельце. Носить на руках мама его не могла: она была на второй половине беременности, и поднимать тяжёлое ей ни в коем случае нельзя. Вячеслав вспоминает:

  — Наш сын стал какого-то прозрачно-синего цвета. Неужели врачи не замечали этого? Увидев его через окно, я не смог сдержать слёз. По дороге домой начал звонить на «горячую линию» Минздрава.

  Татьяну, внешне спокойную сейчас, тогда начало потряхивать. Она стала проситься в городскую больницу. Наконец, в четверг их направили в республиканскую детскую клиническую больницу. Поскольку детских кресел в наших машинах «скорой помощи» нет, мальчика пристегнули к сиденью обычными ремнями. Потеплее укутали одеялами, и в подпрыгивающей на каждом ухабе машине мама с сыном отправились почти в двухчасовую поездку. Кстати, почему в отечественных машинах «скорой помощи» так холодно зимой, жарко летом и круглый год трясёт на ходу? Чтобы вытряхнуть из больного остатки сил?..

  Когда Егорка с мамой достигли хирургического отделения детской больницы, их сразу же направили на УЗИ. Татьяна вспоминает, как врач, проводившая исследование, почему-то заохала, взяла мальчика на руки и быстро понесла в другой кабинет. Там положила на кушетку и стала вновь обследовать его другим аппаратом. Позже она объяснила, что не поверила своим глазам и первому аппарату: у ребёнка в животе творилось такое!..

  Приглашённые на УЗИ хирурги сказали, что у него уже давно лопнул аппендицит и идёт нагноение. В выписке указано: острый гангренозно-перфоративный аппендицит, периаппендикулярный абсцесс. После срочной операции Егор три дня лежал в реанимации. Папе, которого впустили туда (после тщательнейшей дезинфекции), чуть не стало плохо: его сынишка был весь окутан проводками и трубками. Он после каждой смены на ЦКК ездил в Улан-Удэ, а Татьяна в это время жила там у знакомых в тревожном ожидании. Им разрешили каждые три часа звонить в реанимацию и справляться о здоровье своего малыша. Ответ был один: состояние стабильно тяжёлое…

  И только через трое суток маму обрадовали: ребёнок пошёл на поправку, его переводят в общую палату, приезжайте и будьте с ним! Ваше счастье, что он не болел ничем серьёзным, поэтому у него хороший иммунитет, который и спас. И всё-таки после долгой «чистки» брюшной полости хирурги увидели, что кишечник от нагноения и гангрены всё же пострадал. Каковы будут последствия – предсказать никто не берётся.

  Мама с содроганием вспоминает, как через дренажную трубку, вставленную в брюшную полость, рядом с операционным швом, выходили страшные сгустки. Как во время капельницы приходилось держать сына, чтобы он не дёрнулся и игла не проткнула бы вену.

  Родители Егора вновь и вновь задают себе вопрос: почему же так случилось? Как лучшие в районе доктора не увидели аппендицит? И животик мяли (возможно, как считают родители, даже способствуя разрыву отростка слепой кишки – много ли детскому организму надо!), и на УЗИ проверяли, и анализы смотрели. Хотя в направлении этот диагноз на всякий случай поставлен, правда, под знаком вопроса. Но напрямую матери о нём не сказали.

  Может быть, назначенные ребёнку антибиотики через какое-то время «смазали картину» и помешали постановке правильного диагноза? Может... Но родителям от этого не легче: как только представят, что могли бы потерять ребёнка, обоих по-прежнему охватывает паника.

  По словам родителей, врачи упирали на то, что в таком возрасте аппендицит невозможен. Однако городские доктора сказали: очень редко, но всё-таки возможен. Почему такое расхождение? Или в разных институтах учат по-разному?

  Но почему родителей, чуть не потерявших ребёнка, должно волновать, кто, где и как учился? Они хотят, чтобы компетентные органы нашли виновных и наказали их. Потому что, во-первых, Егору рекомендовано длительное наблюдение по месту жительства. «А к кому идти? — задаются вопросом папа и мама. — У кого наблюдаться? Не пропустят ли опять что-нибудь?» Во-вторых, молодая семья ждёт второго ребёнка, уезжать никуда не собирается, а где гарантия, что второму ребёнку при необходимости поставят правильный диагноз и будут адекватно лечить?

  У родителей много вопросов к медицинским работникам. Например, им не ответили, понёс ли кто наказание хотя бы по итогам служебной проверки? Не говорят фамилию врача, поставившего «гнойную ангину». И т.п. Они намерены отстаивать свои права в суде. Теперь дела о врачебных ошибках – по расследованию так называемых ятрогенных преступлений – будет вести Следственный комитет, и для этого в нём создан необходимый штат.

  Главный врач Кабанской ЦРБ М.В. Батуев сказал, что если СКР найдёт в действиях врачей состав преступления, тогда им будет вынесено другое наказание. Пока же после служебной проверки «комиссию провели, людей наказали в рамках полномочий ЦРБ». По его мнению, государство пытается свои ошибки переваливать на своих же граждан, в том числе врачей, и для этого даже увеличило штат Следственного комитета.

  А маленькому Егорке и невдомёк, что его жизнь висела на волоске. Он очень рад, что снова дома. Пытается бегать, но мама с папой удерживают ребячью прыть – нельзя ему пока резко двигаться. Весело улыбается каждому, кто приходит в гости. Кроме людей в белых халатах. Он ещё долго будет бояться их…

  Супруги Казаковы благодарят генерального директора ЦКК Л.В. ДЕЕВУ и коллектив цеха по производству картона за оказанную материальную помощь на лечение сына.

Комментарии (1)

  • Драсков А. (adraskov214), 17.02.2019 13:30 #

    Это не врачи ,а помошники смерти ! Которые работают за зар.плату , не отвечая за качество своей работы ,это печально (

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

4